Лишь в 1967 году он наконец-то на 10 килограммов перекрыл мировое достижение, которое Власов оставил ему «в наследство» еще в сентябре 1964 года. Дело в том, что Леонид был настоящим «академиком» в технических движениях - рывке и толчке, требующих от атлетов особой подвижности и резкости, однако жим у него «хромал» и доставлял рекордсмену немало огорчений. В 1965 году, например, на чемпионате Европы в Софии Жаботинско-му во всех трех подходах не засчитали первоначальный вес, и золотая медаль в троеборье досталась венгру Эчеру.
В Мехико, на XIX Олимпийских играх, Жаботинскому хватило для победы 572,5 килограмма. Этот результат был показан им еще четыре года назад. Легкость побед, которых достигал Жаботинский, «усыпила» самого сильного человека планеты. И это стало ясно для всех любителей тяжелой атлетики в 1969 году, когда в Варшаве чемпионом мира стал не прославленный и непобедимый Леонид Жаботинский, а американский супертяжеловес Джозеф Дьюб. И словно вихрь в спор сильнейших вмешался Василий Алексеев. В неудачном для чемпиона 1969 году этот «новичок» устанавливает мировой рекорд-595! А 18 марта 1970 года в Минске Василий Алексеев открывает всемирный «Клуб 600».
Однако Жаботинский не собирался сдаваться. Он жаждал встречи с мировым рекордсменом. Его не пугал поистине космический взлет Алексеева, который в каждом очередном соревновании набавлял и набавлял килограммы на мировые рекорды. Но жестокая болезнь подстерегла чемпиона двух Олимпиад. Даже после сложнейшей операции Леонид нашел в себе силы продолжить тренировки в родном городе, чтобы еще раз вспыхнуть яркой звездой на спортивном небосклоне. Ему удалось вернуть себе мировой рекорд в рывке, 17-й по счету, но это было его прощальное выступление в соревнованиях.
...Когда кавалер двух орденов Трудового Красного Знамени Леонид Жаботинский поздравлял Султана Рахманова - воспитанника своего друга из Днепропетровска Эдуарда Бровко - с установлением мирового рекорда в рывке и победой на всесоюзном первенстве, тот сказал:



